В Калужскую область за аммонитами

Юрских отложений на территории Калужской области вообще немного: все больше нижний карбон. А знаменитая точка у станции Липицы уникальна вдвойне: здесь вскрываются слои верхнего кимериджа — весьма редкого для центральной России яруса, да вдобавок и перламутр сохраняется практически в первозданном виде, даже без изменения оттенка. Выбрав свободные выходные, мы расспросили знающих людей, собрали рюкзаки и поехали искать счастья в Липицы.

Перламутровый аммонит Sutneria и ядро двустворки — классическая композиция из Липиц
Перламутровый аммонит Sutneria и ядро двустворки — классическая композиция из Липиц

Добираться до точки из Москвы довольно удобно, и организовать поход выходного дня оказалось вполне реальным. Чтобы сэкономить время, лучше не ползти медленной электричкой от Калуги, а сделать небольшой крюк: доехать на скоростной «ласточке» до станции Сухиничи, а оттуда проехать всего полчаса электричкой в обратном направлении.

Станция Липицы с покосившейся вывеской
Станция Липицы с покосившейся вывеской

Липицы — забытый всеми полустанок с покосившейся вывеской и без каких бы то ни было признаков цивилизации в окрестностях: одноименная деревня находится отсюда в паре километров, причем на той же железной дороге. Почему не сделали станцию у самой деревни — загадка.

Дорога к карьеру
Дорога к карьеру

Но наш путь лежит в другую сторону — к селу Никольское и живописной речке со странным для наших мест названием Серена (по другим вариантам — несколько менее благозвучным «Серёна»). Со стороны села находится система заброшенных карьеров щебзавода, а на другом берегу — старый карьер, в котором добывали «белый камень» — известняк. Как бы странно это ни звучало, но «охотиться» за юрской фауной нужно именно на известняковом (нижнекарбоновом) карьере. Чтобы докопаться до известняка, камнедобытчикам пришлось вскрыть более молодые пласты кимериджского яруса в верхней части карьера.

Село Никольское. Креативное оформление калитки

Несмотря на то, что за многие годы бездействия карьер заплыл, ополз и покрылся лесом, масштабы добычи впечатляют. Известняковые стенки производят впечатление естественных скал, а разбросанные то здесь, то там и покрытые мхом камни добавляют пейзажу колорита. Поднявшись повыше, поднимаю наугад несколько камней и внимательно разглядываю. Отпечаток брахиоподы, какие-то невразумительные фрагменты ругоз, пара гастропод… С этими слоями все понятно: они каменноугольные. Надо искать выше. Но выше, у самой кромки леса — глина, здорово напоминающая четвертичную. А где же кимеридж? Он, примерно как в том анекдоте про джип, БЕЛАЗ и «Оку» — должен быть «где-то между ними».

Разведка местности
Разведка местности

Небольшая разведка по дебрям в верхней части склона дает результат: нахожу несколько обвалившихся закопушек прошлого сезона. Насыпанные под ними небольшие обломки породы здорово напоминают известняк, но при этом значительно легче (порода пористая) и местами покрыты пятнами ржавого оттенка. Это и есть искомая порода, состоящая в основном из спикул губок — спонголит кимериджского яруса.

Первая находка
Первая находка

Упавшие раскопы выглядят соблазнительно, но докапывать их бесполезно: как правило, целевой слой выбирается в таких случаях полностью, а заполняющий собою пространство после падения козырек состоит из «пустой» породы, в которой ничего нет. Поэтому прикидываю возможную конфигурацию шурфа до того, как он обвалился, и начинаю рядом новый — примерно на том же уровне. Уже через полчаса работы лопатой в плотной глине начали попадаться куски спонголита.

Бывают места, где надо копать, а бывают — где надо колоть. В Липицах, при желании найти что-то интересное, нужно делать и то, и другое. Складываю добытые куски ноздреватого спонголита в кучу и начинаю разбирать. Порода колется легко, и вскоре появляются первые находки. Самые массовые — двустворки, которые здесь встречаются в огромных количествах. Чуть реже попадаются давленные (а иногда и целые) перламутровые раковины небольших аммонитов, и совсем редко — крошечные, сантиметр-полтора, но интересные по форме гастроподы.

Aulacostephanus sp.
Aulacostephanus sp.

Когда усталость дает о себе знать, чередуем махание тяжелой лопатой с «паразитированием» на отвалах наших предшественников: искали, судя по всему, только крупные образцы, и большое количество кусочков спонголита с кулак размером осталось недоколотыми. Это также приносит свои плоды, но сохранность таких находок хуже: под воздействием атмосферных осадков пролежавший в толще земли более 150 миллионов лет практически без изменений хрупкий перламутр тускнеет и разрушается за считанные месяцы.

Препарируются аммониты из Липиц легко: за вечер вполне можно расчистить несколько образцов до идеального состояния. Хотя иногда я пользовался небольшим отбойником, основными инструментами стали небольшая заточенная отвертка, миниатюрный молоток и игла, закрепленная в деревянной ручке. Такой набор оказался оптимальным: хотя работа ударным гравером идет быстрее, хрупкие фрагменты перламутра при этом часто осыпаются. «Пупки» аммонитов следует чистить исключительно вручную — тем более, что спонголит удаляется достаточно быстро и с минимальными усилиями.

Пелрамутр прекрасно сохраняется
Пелрамутр прекрасно сохраняется

Месторождение Липицы интересно не только редким для региона возрастом отложений, но и сочетанием вмещающей породы и форм сохранности. Наконец, образцы оттуда просто красивы. Здесь природа создала целые композиции из аммонитов и двустворок, а ноздреватая форма самих камней добавляет образцам эстетичности, особенно после удачного препарирования.

Полевые фото — Елена Максимкина
Студийные фото — Алексей Поляков

2 Replies to “В Калужскую область за аммонитами”

  1. Год назад были в этом же месте, но заезжали сюда ради осмотра древнего города Серенск, полность сожженного Батыем. Кстати, валы городища хорошо видны на фотографии, подписанной «дорога к карьеру» сразу за рекой. Жаль что мы не знали про палеоточку, заглянули бы.
    Про раскопки Серенска можно почитать тут http://old.admoblkaluga.ru/new/history/archaeology/2.htm

    Таким образом эта точка удивительным образом становится парной к точке у Старой Рязани, с которой Бату-хан начинал свой набег на Русь в 1237 г. После Серенска был только Козельск, т.е. здесь — практически конечная точка кампании 1237-1238 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *